ArbitrU

Вертолетчики

3 сообщения в этой теме

Вертолетчики

– Идея вертолёта проста, как колумбово яйцо! – сказал Лёха не терпящим возражений голосом.

– У бабы три дырки, так почему бы не выебать её во все три одновременно?

– Лёшенька, а шо такое колумбово яйцо? – невинно спросил я.

– Хуйзнаит, шото очень простое.

– Ты уверен?

– Ясен хуй! Так вот – бабу ебут втроём, в рот, в ачко и в пызду аднавременно.

– И ещё в сапогах! – поддержал разговор Насеридзе.

– Нахуй в сапогах?

– Для цынизма!

– Блять, атвлекаешь! Шо за ебанутые идеи?

– Не ебанутые, а дополнительные, а то несмешно будет.

– Заебал. Короче, бабы от этава настолько млеют, шо иногда аж умирают от кайфа.

– Ты аткуда знаешь? Пробовал?

– Пиздеть не буду, а мой брат пробовал.

Лёхин брат был существом легендарным. Жыл он в столице одной северокавказской республики, был на несколько лет старше Лёхи и, по рассказам, был настолько крут, шо даже увиденный нами спустя несколько лет Крепкий Орешек показался его бледной копией.

Однажды с пьяных глаз зашёл разговор про то, кого, когда и как пИздили.

– Это всё хуйня! – сказал Лёха. – Вот нас с братом однажды отпиздили пятнадцать человек! Причём – жестоко!

– Нихуясебе!

– Да! Выходим мы с кинотеатра «Родина», а они стоят. Ну, мы идём, там фонарь ещё, дорожка заасфальтированная, а один так подходит, говорит: «Куда торопимся?». Я его хуяк по ебалу, тут все навалились, я двоих так с носака как уебал, они легли, а брат троим сразу как маваши-гери заебошыт, ну как, бля, три мешка с гавном, а на меня один сзади, а двое руки держат, я так вывернулся, пиздык с двух рук, а тому ещё в ебло с носака, а брат в это время пятерых на бетон, блять, положил!

– Ты ж говорил, там асфальт?

– Бетон, нахуй, какой, блять, асфальт! И я так в стойку – раз…

– Стой, Лёха, подожди! – Влад загибал пальцы.

– Шо такое?

– Кто ж вас пиздить-то будет?!!

– А, ну это, кароче, блять, еле отмахались, блять, домой пришел весь в синяках, нахуй…

В общем, идея вертолёта была одобрена, но с оговорками. В ачко никто не хотел, боялись испачкаца в гавне. «И шоп меня ничей хуй не касался!» – выразил Влад общее мнение. Все представили себе зазор между дырками. «Потрезвому не получится, а спьяну хтонить и в жопу согласится», – подумал я. Видимо, остальным пришла та же мысль. В том, что проделать всё надо именно в сапогах, никто усомниться не посмел – Шура уже считал идею своей.

«Вертолёт в сапогах» часто обсуждался, можно даже сказать, обсасывался, но конкретная конфигурация не вырисовывалась. Доступная нам тогда копия Камасутры была без картинок, и в этом было что-то особо извращенное. Как-то обкуримшысь, Влад рассуждал на эту тему:

– Одно дело – засунуть хуй в пызду, и савсем другое – нефритовый стержень в нежный цветок лотоса – это ж, бля, разница… нихуя у нас ебаться не умеют… – Существовавший тогда строй не ругал только ленивый, заодно доставалось и терпевшему этот строй народу.

Однажды моя девушка свалила проведать троюродного дедушку, и жизнь в штабу расцвела махровым цветом. Саня Верняк принёс майкопского, слегонца дунули для настроения, заварили взрослый чай и сели писать пулю. Или бэллот… Невзначай на огонёк забрели дэвушки со второго курса, но было не до них, и чай они себе наливали сами. Невнимание им быстро надоело, они наладились сваливать, никто их особо не удерживал. По пути к двери одна из них, Лена, наклонилась к моему уху:

- Лариса ж уехала?

- Ну да… – а в зубах папироса, в руке карты, в голове – расклад, в общем, отвечаю на автомате.

– Так я это, приду часов в двенадцать.

– Давай, – тут мне полагалось охуеть, потомушо в сторону Лены этой я и не смотрел никогда особо пристально, ну баба – и баба, ничё особенного, на бледную спирохету похожа, к тому же Малыш там клинья подбивал. Но я не охуел – не до того было. Когда дверь закрылась, Шура, который обладал, как оказалось, острым слухом, буквально взял меня за горло:

– Это – сапоги!

– Шура, да ну нахуй, она небось советоваться придёт за какуюнить хуйню… И вообще…

Советоваться ко мне ходили часто, я слыл знатоком интимной сферы, знал про существование клитора и точки «Джи». Бóльшая часть советов сводилась, правда, к хрестоматийному: начинай, а там природа поможет. Но бывали и нетривиальные случаи. Однажды я пытался даже вывести формулу, связывавшую длину члена, его диаметр, окружность женского рта и глубину проникновения этого самого члена в этот самый рот. Переменной интегрирования была, кажется, длина дуги челюсти в полярных координатах (чёто я, наверно, забыл)…

– Шо вабще?! Баба сама тебе на хуй лезет, а ты – вабще. Сапоги – и пиздец!

– Бля, Шура, ломает, давай другим разом, щас шото не в тему.

– Нехуй, блять, малину размалинивать, вертолёт идёт на взлёт!

Настроен Шура был решительно, видно, его на движняк пробило. Коняев, видя такое, быренько слинял, тем более что проёбывал распасы, а Шура пошёл за третьим. Я развалился на сделанном из двух кроватей «диване» и стал пускать дым кольцами.

Через полчаса вернулся Шура аж с двумя новобранцами – Лёшей и Аликом Кочерыгиным.

– Шур, ты считать умеешь?

– Не пизди, я приду, када вы все заебётесь! И чаю принесу…

– Тока, Шура, первый раз – без сапогов.

– С хуяли?

– Ну, бля, первый раз, она ищо испугается…

– Она по-любому испугается!

– А у меня вопсче сапоги в строяке спиздили! – пожаловался Алик.

– Ну хуй с вами, ладно, на первый раз прощаю! – я не понял, почему Шура решил отлынить, но видно было, что ему самому неудобно. При разборе полётов выяснилось, шо пробило на срачь, и, зная свой организм, быстро отложить личинки он не рассчитывал. Опять же питание столовское.

Военный совет по-военному быстро выработал чёткий военный план: Лёха – бортинженер, Алик – подхвостовой стрелок, обадва ховаются в шкаф, я – командир экипажа – по-быстрому ебу Лену, в момент «М» по сигналу – выключенному мафону, – вылазят остальные вертолётчики, процедура представления и знакомства – по ситуации, и – собственно полёт. Шуре я выдал ключ, чтоб с ритма не сбивал. По окончании – чайная церемония.

– Тока поставь чёнить лирическое.

Самым лирическим оказался ЭйСи-ДиСи «Бэк ин блэк». Парни разделись, побросали шмотьё в кучу на свободную кровать и залезли в чрево корпусной мебели.

Я перемотал ленту, протёр головку (на магнитофоне) и отметил про себя, что как-то всё буднично, нет предвкушения новых ощущений, кабуто не в первый раз.

Приближалось время «Ч». Экипаж на рубеже сосредоточения с приоткрытой дверкой играл в «камень-ножницы-бумагу» на шалбаны.

Без десяти припёрлась Лена, прям из душа – видать, приспичило. Без стука. Я еле успел ногой захлопнуть шкаф.

– Ку-ку! Я пришла!

– Класс! Тока давай без предисловий, – я включил «Маяк-203» и сбросил халат. – Залазь!

Такое начало слегка обескуражило, но виду она не подала.

– А это шо? – покосилась она на груду шмоток.

– Да так, трусы чистые искал…

Щёлкнула выключателем, долго копалась с молнией на джинсах и, не снявшы трусы, юркнула под одеяло. Прелести особо я рассмотреть не успел.

На ощупь она оказалась значительно лучше, чем с виду. Я даже начал жалеть, что подписался быть командиром воздушного судна и взял с собой экипаж. Предварительные ласки были двусторонними – хым, не бревно. Трусы снялись сами. За временем в таких случаях не следят, но где-то в конце четвёртой песни в спину мне впились длинные когти:

– Что это? – явно слышался приглушенный разговор (чувакам стало скушно, и они решили тихо попиздеть за жизнь).

– Это соседи! Не отвлекайся! – прелюдия продолжалась, переходя в основную часть.

Лена уже тащилась, как таракан по стенке. Приходилось прикрывать ей рот, чтоб было потише. В тему пиздячила Let me put my love into you, babe – одна из самых любимых моих вещей братов Янгов. Близилась кода. Я прикинул – во время паузы промежду песнями Ленины стенания будут особо сильно слышны в коридоре, изловчился было «запечатать ей уста поцелуем», но когти вновь вонзились в мою бедную спину, а Лена будто окаменела, сбледнула с лица. В широко раскрытых глазах блестело штото ебанутое. Я повернулся, освобождаясь от её хватки…

Картина, достойная кисти Рериха-Хуериха – в дЫмке из сигаретного дыма, лунного света и лампочки магнитофона бесшумно (потомушо босиком!) надвигались две одинаковые фигуры (так получилось – оба плотные, среднего роста), и что особенно ужасало – в одинаковых беленьких труханах из магазина «Балатон». Я просто охуел – сигнала к атаке ж подано ж не было (они там в шкафу запизделись и не поняли, то ли я музон выключил, то ли песня кончилась).

Лену начало трясти, как неотбалансированный маховик, амплитуда тряски увеличивалась, приближаясь к критической. Прикрыв ей рот ладонью, я пояснил, кабуто так и надо:

– Не ссы, всё в порядке! Это мои друзья, Олег и Леша, пришли нас навестить, чтоб нам не было грустно.

– Нам холодно! – жалостливо и одновременно похотливо промычал Лёха.

– Не надо! – Лена была на грани истерики.

– Не боись, не будет ничего, чего ты не захочешь… – эта фраза неоднократно меня выручала, сработала и сейчас. Пацаны деловито залезли в койку, заняв места согласно купленых билетов – Лёха между стынущей Леной и раскалённой батареей, а Кочерыгин где-то в ногах. Мне пришлось сдвинуться на самый край. Ноги у пассажирки были почему-то очень холодные.

– Хорошая погода севодня! – медовым голосом начал Лёха светскую беседу. – И завтра будет хорошая…

– Это всё хуйня! – торопливо перебил его Алик. – Давайте лучче стихи читать! Я вот Тютчева знаю! – и зарядил стихотворение страниц на десять карманного формата, причём наизусть. Читал он спокойным, ровным голосом, причём весьма артистично. Лена начала оттаивать – мужское внимание ей льстило. К тому же я гладил её левой рукой в районе сердца, а правой нежно сжимал Ленину левую ягодицу. Лёха полусидя размахивал головой в такт стихотворному метру, а руками гладил Ленины бёдра. Кочерыгин что-то делал с её же ногами, продвигаясь по направлению к голове, и не прекращал декламацию. Всё налаживалось.

Тут закончилась очередная песня, и стало слышно, что кто-то ковыряет в замке ключом и невнятно матерится.

– Оперотряд! – беззвучно прошептала Лена.

– Какой там нахуй оперотряд! – Лёха был весьма убедителен.

– Та не, это Шура чай принёс! – неподумавши брякнул Кочерыгин. У Лены зашевелились волосы.

Я понял, что не проконтролировал ситуацию, и Лена, входя, задвинула шпингалет на двери, поэтому Шура аж никак не попадёт в комнату. Я собрался уж было ей об этом сказать, но тут послышался звук упавшего железного заварного чайника, и Шура со злости хуякнул ногой по двери:

– Открывайте, суки, блять, я вам сапоги принёс!

Эта фрейдовская оговорка взорвалась, как граната. Я упал с кровати на спину, ударившись копчиком. Лёха завалился между кроватью и батареей. Лена довольно громко всхлипнула, и я почувствовал, что щас она начнёт орать.

Тут меня окончательно отпустило, и я прикинул, что будет, если эта тварь заголосит – пиздец будет полным – и пахнет тут даже не армией, а конкретным небом в клеточку, тем более что такая показуха была недавно по вполне невинному поводу. В коридоре обстановка тоже накалялась – Шура сбивчиво что-то кому-то объяснял, и там уже собиралась толпа. Я врубил настольную лампу:

– Так, быстро оделась, никто тут тебя ебать не будет, нехуй у подруг мужиков отбивать!

Лена покраснела:

– Где мои трусы?

– Де-то тут… – Леха медленно вылазил из щели. – Щас… – он нагнулся и достал трусы, свои и Ленины, обои были в пыли и окурках.

– Не надо! – Лена, стуча челюстями, уже натягивала джинсы на голое тело.

– Мне тоже не надо! – я забрал грязный комочек у Лёхи и сунул ей в карман. – А сейчас тихо! И быстро в шкаф, а то пиздец будет всем!

Несостоявшиеся вертолётчики покорно залезли, а на Лену пришлось строго посмотреть исподлобья.

Я надел халат и с непроснувшимся видом открыл дверь.

– Блин, чё вы тут разгалделись, я сплю уже…

Толпа быстро рассосалась, Шура зашёл в комнату:

– Ну?

– Хуйну! – я раскрыл шкаф. – Быстро уёбывай!

Лена исчезла.

– Ну шо, обосрались, вертолётчики хуевы! – товарисч всё понял и негодовал.

– Вертоблядчики! Сам-то чё спрыгнул? – Шура смутился.

– Рано ты припёрся…

Кочерыгин выразил желание дочитать стихотворение Тютчева.

– Хуюдчева! Иди на хуй, Олежа! – беззлобно, но убедительно сказал я. – Чё тебя вообще на Тютчева пробило?

– Сильно стихотворение пиздатое… Сам сочинил!

– Ааа…

Все ещё малёхо посокрушались и стали пить недецкий чай, успокоившись мыслью, что первый блин всегда комом.

Утром вернулась Лариса от дедушки и, узнав подробности, устроила Лене самосуд в женской умывалке вместе с подругами. Видимо, там было ахуенно весело, но рассказывали все по-разному. Сошлись в одном – пиздить её не пиздили, а допекали морально. И Лена цигель-цигель съеблась в академотпуск. А спину я ещё с месяц мазал йодом – видно, инфекцию занесла на когтях своих ёбучих, сука такая.

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Эротические рассказы / Анал

Мои дядечки

Хочу рассказать историю из своей юности. Мне тогда было 18 лет и, как все молоденькие девчонки, мне льстило, когда за мной стал ухаживать мужчина «преклонных» лет. Таким для меня казался возраст – 61 год. Он был моим первым и самым нежным мужчиной, моим учителем и другом. Где-то после полугода наших встреч мы с Геннадием ( так звали моего «Ромео») поехали на курорт и остановились у его друга (вдовца), который был примерно одних с ним лет.

Курорт, лето, море. Мы прекрасно отдохнули и в последний день поехали на природу, выехали к какой-то поляне и начали отмечать последний наш день отдыха. Надо сказать, что приятель Эдика - его очень давний знакомый, еще с молодых лет. Звали его Эдик. Я сидела на заднем сиденье с бокалом шампанского, а мои шестидесятилетние мальчики провозглашали тосты в мою честь и пили из маленьких рюмочек водку. Так как они сидели впереди, а я на середине заднего сиденья, мне пришлось немного расставить ноги, так как бугор на полу в автомобиле не позволял сдвигать ноги вместе. Когда стемнело, «дядя» Эдик (как мне представил его Гена), включил свет в машине, и обстановка стала прямо давить своей эротичностью. Гена уже перестал стесняться Эдика, и потихоньку поглаживал мои ноги, время от времени поглядывая мне между ног. Сначала я испытывала огромное неудобство: все-таки мы не одни и Эдик все прекрасно замечает. Но с увеличением количества выпитого (бутылка шампанского уже была почти пуста), мне стали нравиться взгляды обоих мужчин. Эдик уже стал ненароком тоже касаться моих ног. Глаза Гены (уж его взгляды я за полгода изучила отлично) приобрели специфический блеск: теперь уже остановить его было невозможно. После красноречивых взглядов мужчин, Гена попросил меня выйти с ним на минутку из машины.- Солнышко, я тебя очень прошу, ты ведь видишь какой прекрасный вечер. И Эдик… Мы с ним давние друзья … Будь немножко раскованней… У Эдика давно не было женщины… И мне было бы очень приятно, если бы мы вдвоем с ним…- Меня вые…ли?- Ну что ты ,малыш…Просто дай… пусть он немножко тебя потрогает…- Геннадий смущался, и от этого речь была прерывистой. – Ведь ты же у меня красивая умная девочка. Мы тебя поласкаем вдвоем… Тебе очень понравиться. Ты ведь еще никогда не была с двумя мужчинами? – Спросил Гена, и, словно сам ответил за меня, - Ты даже не представляешь, как хорошо мы тебя поласкаем.В душе я уже была согласна на все. Между ног как будто горел костер. Я повернулась, чтобы пойти обратно в машину, так и не сказав не слова.- Майечка, подожди…- Гена видел, что я уже готова на все, но что-то ему еще надо было от меня.- Сними трусики, давай я их положу себе в карман. Ты сядешь в машину, раздвинешь свои ножки, а дядечки полюбуются твоей писечкой, - говоря эти слова, Гена взял мою руку и стал тереть ею свой пах. Надо признаться, что под брюками у него уже выросла целая гора.Если честно, то я была удивлена таким предложением, потому что до этих пор мой Гена относился ко мне очень ревностно, и даже мужские взгляды на меня его раздражали. Конечно, я всегда списывала такое его поведение на возраст , но сегодняшнее предложение меня повергло в шок. И тем не менее я была сильно возбуждена.Я зашла за дерево, и стала снимать трусики. Гена присел на корточки и стал смотреть как я снимаю трусы.- Моя девочка, ты выбрила свою кисочку,- с этими словами от потрогал мой гладкий лобок. Я инстинктивно раздвинула ноги.- Нет, нет, пойдем, Эдик уже заждался…Мы пошли к машине. На мне были юбка с блузочкой, босоножки, чулочки на поясе (подаренные перед поездкой Геной) и не было трусиков. По дороге Гена обнял меня за плечи и два раза поцеловал в висок.В машине Гена сел рядом со мной на заднее сиденье. У Эдика было красное возбужденное лицо. Мое же лицо при взгляде в зеркало заднего вида было похоже на белое пятно. Я снова оказалась посередине (Гена меня остановил на этом месте), а он сидел рядом справа. Эдик повернулся к нам и протянул мне бокал с шампанским из второй открытой бутылки. В руках у мужчин снова оказались рюмочки.- За прекрасный вечер! - сказал Эдик и мы выпили.Потом он отломил кусочек шоколадки , я хотела его взять, но он решительно сам захотел положить мне его в рот. Когда поднес к моим губам:- Приоткрой ротик…Я взяла в рот кусочек шоколада и стала его медленно сосать. Когда он стал таять, мой рот сильно запачкался шоколадом. Гена наблюдал все это сбоку, и потихоньку пытался поднять мою узкую юбку повыше.Потом Эдик вдруг резко засунул мне палец в рот и стал там им двигать и щупать небо и язык. Надо сказать, что делал он это довольно грубо и я постаралась выплюнуть его палец.Гена тем временем пытался расстегнуть сзади молнию юбки и потом стал шептать мне на ухо, чтобы я приподняла попку. В миг я оказалась без юбки и Эдик аж застонал, когда увидел мою лысую пизденку. Он тут же схватился за свою ширинку и стал расстегивать молнию. Я была в шоке, когда «скромняга» Эдик приспустил свои брюки и трусы и прямо перед моим лицом оттопытил свой хуй и сдвинул кожицу с головки. Он стал смотреть на мое лицо и наслаждаться моей реакцией, медленно дроча свою елду. Причем у него была не просто елда, а с двумя подкожными шариками с двух сторон.- Малыш, приляг на краешек сиденья, раздвинь ножки и закинь их на спинки сидений, вот таа-ак…- Гена помог мне лечь с раздвинутыми ногами прямо перед пузом и членом Эдика, и, со сладострастной улыбкой раздвинув мои половые губки, стал дрочить наши с Эдиком письки. Я застонала и стала раздвигать свои ягодицы, чтобы Эдик погладил дырочку попы.- Маленькая моя, тебе хорошо? - нащептывал мне Гена и вовсю теребил наши гениталии. У Эдика елда уже была размером с хорошую дубинку.- Давай, малыш, расстегни мне ширинку и покажи дяде Эдику как ты можешь сосать… Вот так, девочка моя… А теперь давай в ротик возьми… соси моя хорошя… посмотри какой большой хуечек… потом он моей девочке сделает хорошо…- Гена сел поперек сиденья прямо перед моим лицом с раздвинутыми ногами и вставил свой член мне в рот. Признаться, сосала я с большим удовольствием, а Эдик в это время засовывал в мою дырку два пальца и не отрываясь смотрел как я работаю ротиком. - Маленькая моя, - Гена выташил из моего рта свой хуй,- давай пососем у дяди Эдика, посмотри какай он большой и красненький. Давай, солнышко, возьми в ротик, соси, моя хорошая… глубже… еще заглатывай, потрогай яички…-Гена своей рукой засунул мне в рот член Эдика и стал все глубже его засовывать. Когда Эдик сам стал управлять моей головой, Гена наконец-то добрался до моей блузки и стал расстегивать пуговички. Потом он расстегнул спереди мне лифчик и стал сильно мять мои сисечки. Потом все же решил снять блузку и лифчик, и я осталась в одних чулках. Мужички уже потихоньку постанывали, но видно было что играть они собираются долго. Эдик вытащил свой член из моего рта, взял своей огромной ручищей одну мою грудь и стал мокрой раскрытой головкой водить по моему соску. А Гена решил передохнуть немного: он прикурил сигарету и смотрел на действия Эдика.- Эд, курнем?После кивка Эдика, как ни странно, они меня опять положили в исходное положение с высоко задранными ногами и оба наклонились к моей пизде. Гена всунул кончик сигареты фильтром мне в письку, вытащил и затянулся, потом опять засунул и дал затянуться Эдику. Так они докурили эту сигарету и решили еще немного выпить.Закусив свежим огурцом, Эдик достал из бардачка тюбик с вазелином, а Гена с силой развел мои ноги пошире. Я вся сжалась: еще никто не трахал меня в попу. -Давай, малышка, расслабься…Сейчас мы намажем твою дырочку и тебе совсем не будет больно.Эдик пальцем стал втирать вазелин мне в анус, я сжалась еще больше и старалась сдвинуть ноги, но Гена сильно их держал своими руками и старался приподнять повыше мой зад. На лице Эдика появилась довольная улыбка, теперь он стал медленно-медленно натирать свой член.-Мальчики, пожалуйста, я у вас пососу, хотите меня в пизду… только не в попу, я боюсь, будет очень больно… пожалуйста, я прошу…-Сейчас, маленькая, тебе понравиться. Сейчас я натру вазелинчиком и девочке будет хорошо…- Ну хотя бы давай не ты, а Гена, у него нет этих шариков и он поменьше, я прошу вас, пожалуйста.Эдик глянул на Генку и протянул мне крем. –Помажь его, чтобы он тебе не сухим в жопу вставлял.Я стала втирать крем в член Гены, но он быстро схватил меня, приподнял, сел на мое место и стал медленно опускать меня как раз попкой на свою елду. Когда хуй скользнул и не вошел в меня, Эдик взял рукой его член и стал осторожно его вставлять в меня. Боль была невыносимая, у меня потекли слезы, но моим «парням» это нравилось еще больше. Когда Гена медленно вошел в меня до конца, он с силой раздвинул мои ноги и перед Эдиком предстала прекрасная картина: я сижу попкой на хуе Гены с широко раздвинутыми ногами. Я от боли стала неистово тереть свою письку. Эдик убрал мою руку, пощипал играючи мои соски, погладил гладкий лобок и стал засовывать пальцы в мою дырку. Гена не двигался, а просто наблюдал за действиями друга и продолжал держать мои ноги, чтобы я не могла их сдвинуть. Эдик наклонился и поцеловал меня в губы. -Давай, Маечка, принимай дядю Эдика.И с этими словами он вставил в пизду свой член и они с Геной быстро задвигались. Если член Эдика иногда выскакивал, то Гена в моей попе сидел капитально. Эдик подогнул мои колени к груди и они вдвоем меня стали просто разрывать. Я не выдержала, слезы уже лились рекой, я стала царапаться и вырываться. Потом каким-то своим действием я вдруг освободилась из их рук, слезла с Генкиного члена и принялась выбираться из машины. Я выскочила и побежала по жесткой влажной траве. Луна светила как прожектор, и я понеслась сломя голову не знаю куда. Не прошло наверное и минуты как меня схватила чья-то рука, я пыталась вырваться , но сзади Эдик схватил меня за ноги и приподнял.-Ну ну, все хорошо, мы больше так не будем , все хорошо…Мой плач уже превратился в рыдания. Эдик пошел к машине и вернулся с моей недопитой бутылкой шампанского и большим покрывалом.-Давай садись, моя хорошая, -начал он ворковать надо мной. Как ни странно, Гена по большей части молчал. Давай выпьем шампусика и успокоимся.. Давай… вот так, моя девочка… Они положили меня на покрывало. Гена приподнял мою голову, а Эдик из бутылки поил меня шампанским. Потом они просто легли рядом со мной на покрывало, гладили мои ноги (только до бедер), курили и молчали. Первым рукой водить по моему лобку начал водить Гена и пытливо смотрел на мою реакцию. Я после такой истерики почему-то возбудилась как никогда, но показать я этого им не могла. Но и руку Гены убирать не стала. Так они меня гладили минут десять, за которые я не только успела успокоиться, но и возбудилась.-Эд,- мне хотелось уже самой сделать им приятно.-Ложись на спину , подтяни ногу к животу и раздвинь их. Я полижу твои яйца. Эдика словно ударило током. Он мигом лег как я сказала и выставил все свои мудя для моего языка. Сначала я полизала его волосатые яйца. Гена встал рядом на колени, смотрел на нас и дрочил. Эд закрыл глаза и тихонько постанывал. Потом стала сосать его здоровенный хуй. И не просто сосать, а просто высасывать с силой всю его жидкость. Потом я принялась за его попу: лизала дырку попы и засовывала в нее язык. Так как стояла я рачком, Гена подошел сзади и стал теребить мою письку и продолжал себя дрочить. Эдик был в экстазе. Я вылизала его всего и когда я увидела, что он вот-вот кончит…я стала сосать у Гены. Эдик сел и начал дрочить, теперь он трогал мою письку а я вылизывала и высасывала Гену. Упрямый Эдик снова стал подбираться к моей жопке, и его еще больше завело то, что она была уже вся в вазелине и после первой атаки немного разработанная. -Давай, Маечка, я только кончик засуну, тебе уже не будет больно, давай в попочку, я аккуратненько.И я сдалась…Они поставили меня раком, Гена раздвинул мои половинки, и Эдик стал потихоньку входить. Я не ожидала, но мне стало приятно. Сначала я покрикивала, и Генка засунул мне пальцы в рот. Раком он ебал меня недолго. Потом они перевернули меня и я САМА села попой на хуй лежащего на спине Эдика, спиной к нему. Гена раздвинул мне ноги и засунул свою елду в меня. У меня внутри что-то взорвалось. Я стала двигаться с бешеной скоростью и приплыла к такому оргазму, какого не испытывала никогда до этого. Я кончала с громким криком и резкими движениями. Мои ребята по-моему просто улетали от звуков моего голоса и хлюпанья дырочек. Гена не отрываясь смотрел в мои глаза и неистово двигался. Кончили они оба в меня. Потом я просто повалилась на прохладное одеяло и пыталась привести в норму свое дыхание. Было где-то двенадцать часов ночи, до утра еще было часов шесть. Мои «мальчики» тоже лежали , гладили меня и собирались с силами. Ночка была длинной…

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

ап

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас



  • Дни рождения сегодня

    1. axmedov
      axmedov
      (35 лет)
  • Ближайшие события

    Предстоящих событий не найдено